Иногда совы очень любят, чтобы их гладили...

А еще они чаще всего предпочитают только одного хозяина, иногда нуждаются в пластической операции по усовершенствованию клювика и готовы вести кровопролитные бои за свою территорию. Вот такие вот оригинальные интроверты, периодически склонные к нежности. Подробней о том, как растить сову в домашне-дачных условиях, «НЕДЕЛЕ» рассказала ветеринар-дрессировщик и практически уже хозяйка маленького личного зоопарка Александра Никиткина.

Текст и фото Анна ТАРАСОВА

Сову зовут Клава. Она размером примерно с пару моих ладоней, что сразу вызывает недоумение. А как же огромнейшие совы, которые доносили почту в любимейших подростковых книжках нашей с вами современности? Они же гораздо внушительней должны быть… Оказалось, первое, что нужно знать о совах, – они не филины. Вот те-то как раз восхищают размерами. А крошечные совушки – это совсем другая радость.

Чем сова отличается от филина?

– Как минимум, размерами, – поясняет Саша. –  Филин обязан быть в разы больше. Эта сова не из мелких, неясыть, а ее сосед по домашнему вольеру больше раза в три-четыре. Хотя Клава довольно рослая – 30-40 сантиметров. Для такой птицы это хороший размер, и становиться крупнее она уже не должна. Ну и, на мой взгляд, совушки все же гораздо сдержанней, интеллигентней и воспитанней. Филины хуже переносят незнакомцев. И предпочитают гордое одиночество. Поэтому на выездные прогулки мы отправляемся чаще всего с девочкой. 

Как потертую Клаву чуть не ощипали…

– Сколько ей сейчас?
– Не могу сказать даже примерно. Дело в том, что, как и филин, она досталась мне от прежней не самой добросовестной хозяйки. Хотя тут дело, скорее, было в неопытности. Насмотревшись фильмов, в которых подростки-волшебники таскают своих сов в клетках, те, кто решается завести подобного питомца, ведут себя примерно так же. 

Но на съемочной площадке в той самой клети сова проводит пару дублей, а потом отправляется отдыхать в вольер. Но «начинающим Гарри Потеррам» этого обычно не показывают. Отсюда, возможно, и складывается ошибочное мнение, что филинам и совам в клетках должно житься вполне комфортно. На самом же деле это как огромную собаку закрыть в картонную коробку с прорезями для дыхания и думать, что она там будет вполне счастлива…

Вот и эта отказница приехала из квартиры, где было много птиц, каждая в своей клети. Но когда девушка поняла, что крупным хищникам в клетке совершенно некомфортно, она решила, что надо искать им условия получше. Наверное, довольно своевременно: уже к тому моменту, когда я забрала Клаву, у нее были вытерты перья на крыльях и хвостике. Вот сколько времени уже прошло, но никак не можем восстановить их. 

– А каким образом это вообще возможно? Мне казалось, если перья вытираются – это как шрам на коже…
– Ну для начала рецепты стандартные: правильное питание, отсутствие стресса, правильный уход…

– А если классический набор не помогает?
– Тогда часто помогает банальное выщипывание перьев. На месте старых образуются новые. Поврежденные периодически даже выпадают сами…

– Ну а если глобально подойти к вопросу: у нее потерт хвост и частично крылья. Ощипала их, как следует, и жди, чтоб выросли новые…
– А как же она тогда будет сидеть? – смеется Саша. – У нее же координация напрямую зависит от распределения перьев крыльев и хвоста. Когда вам дают какую-то птицу, чтобы сфотографироваться с ней, она ведь не от того разводит крылья, что надеется улететь. Просто ей не сразу удается найти устойчивое положение. Также и летать без существенной части перьев она не может. Именно поэтому совы, например, очень не любят дождь и тут же ищут укрытие в природе. Чтобы перья не намокли, не утратили форму, а крылья не повредились, и птица по-прежнему имела возможность балансировать.

Как выглядит совиное бунгало?

– Вообще твоей сове нормально летать удается или это удовольствие ей доступно лишь в закрытом помещении?
– И у нее, и у филина такие возможности есть. Они же не всегда в своем доме сидят, какие-никакие развлечения им нужны. Мы ведь за городом живем, в Голицыно, так что место вполне позволяет. Из старой теплицы сделали для двух птиц большой вольер, где они вполне комфортно расположились. Натаскали им бревен, досок, сложили из них «искусственные деревья», сучья, и им там довольно удобно. Разумеется, лучше всего птицам жилось бы вообще на свободе, но эти уже привыкли с малолетства к тому, что их кормит человек. 

– А чем питаются совы?
– Крысы, мыши, суточные цыплята.  Это стопроцентные хищники, которые, слава Богу, не привыкли к охоте и просто поглощают замороженные деликатесы из кормушки. У меня же на участке в отдельных загонах и мыши, и кролики, и шиншиллы маленькие совсем, но как-то они не проявляют к ним особого интереса. Видимо, привыкли, что пища – не пищит, не бегает и самообразуется в кормушке. 

– Им много нужно, чтобы наесться?
– Филин съедает порядка 10 цыплят в день, сова троих. В мышах еще больше – не меньше четырех мышек ей нужно, чтобы насытиться. 

– А кормить просом, пшеном, как обычных пернатых?
– Эта затея заранее обречена на провал, у них совершенно иначе устроена пищеварительная система...
В итоге, учитывая, что кормятся они только из рук хозяина или хозяйки, вариант проживания в личном «теплице-доме»  – для них самый подходящий. Он метров пять в длину и метра три в ширину, но полетать там, конечно, особо не получится. Поэтому потихоньку устраиваем для них небольшие выгулы-пролеты. 

История самого короткого бунта

– Каким образом? Не на поводке же?
– Для этого я с ними специально работаю. Сова – птица, поддающаяся дрессировке. Правда, обычно их готовят, скорее, к охоте, чем просто приучают так летать. И поводок для этого, конечно, не нужен, а вот перчатка пригодится. Чтобы сова или филин были ручными, этим нужно заниматься. 

Как и в большинстве случаев, все начинается на этапе кормежки. Ты надеваешь строго выбранную для этого перчатку и приносишь еду на руке, демонстрируешь. Постепенно «перчатка» и «угощение» в сознании птицы связываются очень плотно. Поэтому, когда ты выпускаешь ее из вольера и хочешь, чтоб она вернулась назад, достаточно показать ту самую перчатку. Инстинкт возьмет свое. «О, сейчас нам будут что-нибудь вкусненькое давать», – решит летун и повернет назад. С насколько далекого расстояния они, благодаря своей зоркости, возвращаются на руку, я пока точно сказать не могу. Пока мы экспериментируем на территории наших нескольких соток.  

– Не боишься, что они просто улетят? 
– А зачем им это? У них здесь дом, еда, летать им дают, люди, которые к ним приближаются, предупреждены, как себя вести… К чему им сбегать от довольно устроенной жизни? Хотя, конечно, в свое время я опасалась чего-то подобного. До тех пор, пока филин не протиснулся в маленькую дырочку в теплице и не встретил утро на крыше. Меня тогда разбудили вопросом: «А то, что у нас по участку филин свободно планирует в пять утра – это нормально?» Я несказанно удивилась и пошла разбираться, в чем дело. Контакт и дружеское общение сразу не заладились. Я к нему, он от меня. Дескать, я теперь полюбил свободу – в пределах ограниченных восьми соток.  Я пожала плечами и пошла за перчаткой и едой. На этом-то, собственно, бунт и закончился.

Пластический хирург для идеального клювика

– Теплица, в которой они живут, я так понимаю, не прогревается. Не мёрзнут?
–  Сова – птица нашей полосы, поэтому сегодняшняя погода для них самая что ни на есть комфортная. Они и в холода, и в заморозки в лесной зоне чувствуют себя довольно уютно. Главное, чтобы непогода не застала их далеко от укрытия. Безветренная площадка или даже дупло, что-то непробиваемое сквозняками и дождем у сов всегда должно быть на примете. Иногда это может стать вопросом жизни и смерти. Но в слишком теплых, душных помещениях им может быть жарко. Вот Клаве сейчас, например, самое время попить.

Сове приносят стаканчик, и она наполовину погружает туда клюв. Вместе с ноздрями, кажется. Дома у нее, понятно, своя, удобная поилка, а вот в походных условиях приходится обходиться человеческими кружками. 

– Не захлебнется? – переживаю за слишком явные ноздри я, – еще надышится водой… 
– Нет, у сов и ноздри, и ушки по-своему защищены от внешнего проникновения, – объясняет Саша.  – Да и кому попало она за клюв себя трогать не даст. У клюва роговой слой довольно твердый, как ноготь у человека. У некоторых, у Клавы вот, он начинает перерастать. Поэтому его скоро будет необходимо стричь. 

– Зачем?
– Чтобы было удобно пить и кушать. Когда клюв загибается слишком сильно, птица какое-то время подстраивается, учится есть и пить под иным углом. И если не обломит этот кончик случайно или не попадет в руки к людям, которые обрежут его, почти наверняка умрет с голоду. 

– И как это можешь поправить ты?
– Когтерезом, которым стригут ноготки собакам, и обрезаешь все лишнее. Как пластический хирург, правящий форму носа. Разве что для людей это вопрос красоты, а тут – патология, за которой надо пристально наблюдать. Сколько раз придется повторить эту «правку клювика», не скажу – все очень индивидуально. Но пока Клава справляется сама и ни к чьей помощи прибегать не стремится.

Интроверт, обожающий ласку

– Как проходит день среднестатистической совы? Ее что-то развлекает? Она что-то любит?
– Они просыпаются к вечеру, обычно, когда пора есть. Если забыть, опоздать покормить, будут кричать, причем невероятно громко. Так ультразвук звучит или голос надрывно плачущего ребенка. А утолив голод, устраиваются на удобное место в теплице и просто сидят, час, другой, третий, всю ночь... Иногда наклоняют голову, осматриваются вокруг. Дикие периодически охотятся, наши – дожидаются прогулки. К утру они обычно засыпают.

Совы не слишком любят чужих людей, предпочитают одного хозяина, но, если кто-то вызывает у них доверие, могут совершенно спокойно сидеть рядом. Другой сове, к слову, столь бесцеремонное вторжение на свою территорию они вряд ли простят. Эти птицы любят уединение и старательно отстаивают свое одиночество. Мне приходилось даже слышать истории, когда в попытке поделить пространство одна из сов съедала другую. 
Зато, если человек ей понравился, если он обходится с ней бережно и аккуратно, она может даже проявить к нему истинную симпатию. Позволить погладить, например. Им это очень нравится иногда. 

Хотя… Если вы хоть раз видели людей, вне зависимости от их возраста, которые гладят сов, это еще очень большой вопрос, кто получает от происходящего большее удовольствие.