Переработать нельзя захоронить

Утилизация мусора в Московской области: история вопроса, реалии и пути решения проблемы

«Мусорная» проблема – одна из самых насущных для всего человечества. На первый взгляд кажется, что особенно остро она встала именно сейчас и ситуация резко ухудшилась только за последние несколько лет. На деле же все гораздо серьезнее.

Текст Мария БАХИРЕВА, фото Валерий ЖУКОВ

ПЕРВЫЙ АНТИМУСОРНЫЙ УКАЗ: «ПОМЁТ И МЕРТВЕЧИНУ НА УЛИЦАХ НЕ БРОСАТЬ»

В России с мусором организованно борются уже три столетия. 9 апреля 1699 года Петр I издал указ «О наблюдении чистоты в Москве и о наказании за выбрасывание сору и всякого помету на улицы и переулки». Дворники в стране появились в середине 17 века, но их присутствие не особо мешало жителям продолжать выбрасывать отходы прямо на улицы. Этим и озаботился Петр I, назначив наказание для тех, кто «станет по большим улицам и по переулкам всякий помет и мертвечину бросать». Отходы же из дворов должны были вывозить за пределы города и засыпать землей, как делают в России и спустя три столетия. При Петре установили и первые урны, а уже Екатерина II занялась защитой рек от нечистот и хлама.

Но как ни боролись с проблемой загрязненности в городах высочайшими повелениями, она прожила еще несколько веков. Сделал улицы чистыми технический прогресс – в 1893 году начинают строить раздельную канализацию для отходов, а вечно размытые дороги одевают в асфальт. Осталась проблема сора как такового – тех самых твердых бытовых отходов.

ПОЛИГОНЫ ГОРЯТ УЖЕ С 1980-Х ГОДОВ

Главная проблема, о которой сегодня говорит вся страна, – это то, что происходит с мусором. Поступает он в основном на полигоны бытовых отходов и свалки. Еще в Советском Союзе стали создавать санкционированные полигоны, куда свозили мусор «на вечный покой». В то время мало кто задумывался, что свалки разрастутся так, что практически примкнут к населенным пунктам, как это случилось с полигоном «Кучино», вплотную подползшим к Балашихе. Основная опасность этого в том, что, если полигон эксплуатируют неправильно, все, что выделяется при разложении отходов, через выбросы газов попадает в воздух и через талую и дождевую воду – в почву и подземные реки, отравляя жителей близлежащих сел и деревень.

Между тем многие полигоны уже десятилетия как отслужили свое – вместо 15-20 лет некоторые принимают мусор около полувека. На Московский регион приходится 20 процентов всех бытовых отходов по стране, при этом сюда свозится и весь мусор из столицы – более 10 миллионов тонн отходов ежегодно. На рекультивацию полигона «Кучино», который закрыли по настоянию президента в прошлом году после сообщений местных жителей, понадобилось четыре миллиарда рублей, которые уже выделили из федерального бюджета. Полигон, который работал с 1964 года, принимая 90 процентов отходов из Москвы, в последнее время вмещал 600 тысяч тонн мусора в год. Здесь проводят рекультивацию, уже засыпали свалку слоем грунта и пробурили 55 скважин газоотведения. Занялись и полигоном «Ядрово» под Волоколамском, где жители страдают от выбросов сероводорода. Губернатор Московской области Андрей Воробьёв отметил, что дегазация уже началась, она проводится по передовой голландской технологии и с участием специалистов из этой же страны.

В Одинцовском районе ситуацию с мусором держат на контроле. С середины 70-х годов у нас работал полигон ТБО «Часцы». В 2014 году он был закрыт и сегодня не принимает бытовой мусор и отходы. В конце марта по инициативе главы Одинцовского района Андрея Иванова на полигоне с инспекцией побывали члены районной Общественной палаты, активные жители Часцов, депутаты поселения и района, журналисты, которые смогли лично убедиться, что мусор сюда больше не привозят, а сам полигон готовят к рекультивации.

В начале этого года тревогу забили жители Городка-17 в Больших Вяземах. Они утверждают, что ООО «Спектр», с которым заключаются договоры на вывоз отходов, по факту вывозило мусор на территорию бывшей военной части 3042. Там его просто сбрасывали в овраг и раскатывали тракторами. Периодически мусор жгли, а так как свалка находится напротив школы, то дышать едким запахом приходилось и школьникам, и их родителям, и учителям. Кроме того, за территорией свалки течет река Вяземка, и в непосредственной близости от навалов мусора находятся две скважины водозабора, питающие Большие Вяземы.

Ситуацию под личный контроль взял глава района Андрей Иванов, который побывал на месте с инспекцией в четверг, 12 апреля, когда наша газета уже отправилась в печать. Мы будем держать читателей в курсе, как развиваются события.

ВЫХОД ОДИН – СЖИГАНИЕ И ПЕРЕРАБОТКА

За четыре года в Московской области было закрыто 24 переполненных полигона ТБО. Осталось 15, но и их лимит через несколько лет сократится до минимума.

Именно поэтому закрытие полигонов – то, чего требуют жители, – не решение проблемы, потому что мусор все равно останется. И главный вопрос – куда его девать в этом случае. Даже в развитых странах полигоны существуют, все дело в том, какой процент мусора туда вывозится и что это за мусор. Например, в Швеции, Голландии, Дании на полигонах захоранивается не более пяти процентов мусора, остальное перерабатывается.

Очевидно, что единственный выход из этой ситуации – строить мусороперерабатывающие заводы и привыкать к раздельному сбору мусора с расчетом на его последующую вторичную переработку не только в Подмосковье, но и по всей стране.

По данным «Гринписа», в Московской области свалки сегодня занимают уже более 15 квадратных километров – это почти площадь Москвы внутри Садового кольца. Переработка отходов в полезную продукцию позволит сократить количество мусора на 75-80 процентов. Да, это произойдет не сразу – не в ближайшие два-три и даже пять лет, но браться надо уже сейчас. Потому что без долгосрочной программы утилизации мусора люди так и будут задыхаться парами органических отходов.

МЫ ЛИБО УТОНЕМ В СОБСТВЕННОМ МУСОРЕ, ЛИБО НАЧНЕМ ЕГО СОРТИРОВАТЬ

На сегодняшний день в России функционирует более 240 мусороперерабатывающих заводов, более 50 мусоросортировочных комплексов и более 10 мусоросжигательных заводов. Но для нашей страны этого мало. Мало и построить новые заводы. Надо приучить жителей к раздельному сбору отходов. Пока что попытки ввести раздельный сбор чаще всего завершаются тем, что в контейнеры для стекла, пластика и бумаги сваливают все подряд. А даже если удается собрать мусор раздельно, его легко могут вывезти на один полигон и точно так же свалить там все в одну кучу.

Изобретать велосипед в этом вопросе не нужно. Достаточно обратиться к опыту стран, которые уже давно перерабатывают мусор. Например, в Швейцарии, которая сравнима с Московской областью по площади, численности населения и количеству образующихся отходов и где захоронение полностью запрещено, 50 процентов отходов идет на переработку во вторсырье, 50 процентов – на термическую обработку. Это позволяет обеспечить теплом и светом 250 тысяч домохозяйств и ряд промышленных предприятий. При этом Швейцария является самой экологически чистой страной в мире.

Каждый из нас в год «вырабатывает» около 400 килограммов различных бытовых отходов. Примерно четверть из этого числа составляют пищевые отходы, еще около половины приходится на металл, текстиль, стекло, резину и прочие синтетические «продукты городской жизнедеятельности». При этом, согласно статистическим данным, в России пока перерабатывается около трех процентов (!) всего выброшенного мусора – остальное отправляется на те самые переполненные свалки.

Вряд ли дело тут целиком в культуре и менталитете. Учиться сортировать и перерабатывать мусор европейцы стали всего лишь лет тридцать назад, однако прогресс очевиден. Что же мешает нам? К тому же переработка мусора – это еще и прибыльный бизнес. Из одного килограмма отсортированных пластиковых отходов получается примерно 800 грамм вторичного полиэтилена. Все, что нужно, чтобы получить прибыль, это организовать грамотную сортировку и вывоз. Практика показывает, что окупается такое начинание в течение полугода.

ЗАВОДЫ В ПОДМОСКОВЬЕ – ПО ТЕХНОЛОГИЯМ И С УЧАСТИЕМ ШВЕЙЦАРСКИХ ПАРТНЁРОВ

В конце прошлого года в силу вступили поправки в закон «Об отходах производства и потребления». В соответствии с ними регионы должны перейти на новую систему обращения с твердыми коммунальными отходами. Каждый регион должен разработать территориальную схему обращения с отходами, а также выбрать регионального оператора, ответственного за весь цикл, от сбора и обработки отходов до устранения свалок. Кроме того, проекты новых полигонов, как и заводов по переработке и сжиганию мусора, должны теперь согласовываться с жителями.

В этом году все муниципалитеты Московской области должны перейти на раздельный сбор мусора. До конца года контейнерные площадки во дворах оборудуют мусоросборниками, приспособленными к процессу сортировки отходов, а жителей научат правильно ими пользоваться.

Много споров возникает вокруг мусоросжигательных заводов. По приоритетному проекту «Чистая страна» в Подмосковье планируется построить три таких предприятия. Этим займется «Ростех» вместе с технологическим партнером Hitachi Zosen Inova из Швейцарии. При этом в мире технология сжигания достаточно развита – в США, Японии и особенно в странах Европы. В Германии, Франции, Швеции, Италии и Великобритании сосредоточено около 75 процентов всех мусоросжигательных мощностей. В этом деле есть одна маленькая, но важная деталь. Чтобы сжигать мусор как на лучших европейских предприятиях – без вреда для окружающей среды, сырье необходимо предварительно рассортировать и подготовить. И здесь мы опять возвращаемся к тому, что каждому из нас придется привыкать к новому образу жизни: разделять отходы – наша обязанность, если мы хотим, чтобы наши дети жили в чистой стране. 

Только цифры

  • 15 полигонов работают в Московской области
  • 400 кг мусора производит в год один человек
  • 10 млн тонн мусора поступает ежегодно из столицы
  • 3% мусора в России идет на переработку

От первого лица

Андрей Воробьёв, губернатор Московской области:

«В Токио, куда делегация Подмосковья ездила знакомиться с современными технологиями мусоропереработки, нам рассказали, что культуру раздельного сбора мусора в Японии прививали несколько десятилетий. Начиная буквально с игр в детском саду. Мы сейчас в самом начале этой работы – нелегкой и не всегда популярной у населения. Но если мы ее не начнем, наши дети и внуки будут вынуждены жить в самом замусоренном регионе».