Жизнь, победившая горе и войну…

Ветеран Великой Отечественной войны, жительница Кубинки Елизавета Александровна Апекунова отмечает 18 мая 98 лет.

Подготовила Ирина КОМЕЛЬ, фото из семейного архива Апекуновых

За плечами Елизаветы Александровны особенный жизненный путь, полный невероятных испытаний и преодолений. Его знаковыми вехами кроме юбилейных и памятных наград можно назвать две медали – «За Победу над Германией» и «За доблестный труд». 

Елизавета Александровна родилась в Пензенской области в простой, работящей и дружной семье. Из той счастливой жизни остались воспоминания о куклах, сшитых мамой для маленькой Лизы и ее старшей сестренки Иры… 

Время потерь и сиротства

Ей исполнилось только пять лет, когда их семья, имевшая дом, корову, лошадь и овец, была раскулачена. От ссылки в Сибирь спас брат отца, живший в Москве и предложивший перебраться к нему в Сокольники. Вскоре в эту же квартиру с семьей из пяти человек приехал еще один брат отца – Василий, также объявленный «кулаком». Городская квартира не могла вместить девятерых постояльцев, и вскоре пришлось снимать жилье. Сначала на Рогожской заставе, в Перово, Вешняках, потом в деревне Выхино в пристройках частных домов. 

В 1931 году от эпидемии брюшного тифа умерли родители Лизы, жена дяди Василия и одна из его дочерей. Верно говорится, что беда не приходит одна, – людей, у которых жили осиротевшие Лиза с Ирой, раскулачили и сослали. Девочки оказались на улице… 

«Время было тяжелое – голод. Мы побирались. Каждый день искали, где бы переночевать. Потом стали с сестрой после занятий в школе убегать на колхозный двор. Прятались в конюшне, где за перегородкой держали овец, и нам было тепло спать рядом с ними. Так и продержались какое-то время», – вспоминает Елизавета Александровна.

Дяде удалось пробить в городской управе чердачное помещение в Кусково и приспособить его под жилье. Даже такой собственный угол считали за огромное счастье. Но родные решили отправить Лизу в Пензенскую область к сестре отца. Она прожила здесь около двух лет, а потом эта тетя умерла, и Лизе пришлось перебираться к другой. Жили бедно, еды не хватало, и через год ей собрали узелок, посадили в поезд Пенза-Москва, дали записку и велели возвращаться к дяде Васе в Москву, в Кусково. У него и без Лизы уже жили девять человек. 
«Меня там никто не ждал, но и не прогнали», – говорит Елизавета Александровна. 

После семилетки она поступила в техникум, а как получила паспорт, родственники устроили ее на химфармзавод. Через год девушке посчастливилось перейти на работу в отдел кадров соседнего райкома партии. Она изучила специальность машинистки, стенографию, была активной комсомолкой. Вскоре вышла замуж за летчика-инструктора Бориса Назарова и уехала с ним к месту службы, сначала в Одессу, а потом в Запорожье. Казалось, тяжелые испытания навсегда миновали, но началась Великая Отечественная война…

Бомбёжка, обстрелы и чудо спасения

Уже летом 1941 года немецкие войска прорвались к Запорожью. Удары с воздуха и залпы наземной артиллерии были направлены на ДнепроГЭС, металлургический завод, аэродром и железнодорожные станции. Вскоре начались уличные бои. Город горел. 

Недалеко от авиационной школы развернулся госпиталь. Многие женщины помогали ухаживать за ранеными, и Елизавета Александровна после работы тоже спешила в госпиталь.

Бомбежка, артобстрелы и постоянная угроза попасть в плен. Вскоре пришел приказ эвакуировать авиашколу, где работал ее муж, в Азов. 

Погрузка в железнодорожный эшелон шла под непрерывным огнем. Немцы бомбили и обстреливали станцию. Взрывы перешли в пожар. На вокзале появились убитые и раненые. Но эшелон уцелел и вырвался из Запорожья.

В Азове школа разместилась в летном училище имени Серова. Учеба и работа продолжились. Елизавету Александровну назначили организатором женского персонала. Они учились оказывать помощь раненым, стрелять из винтовки, обращаться с противогазом.

– Через месяц немцы бомбили Ростов, изредка долетали и сбрасывали бомбы и на Азов, – продолжает вспоминать Елизавета Апекунова. – Вражеские войска подходили к Ростову, когда пришел приказ эвакуировать авиашколу в Армавир и далее по станицам. Мы погру¬зились на автотранспорт и отправились в Ростов, – надо было попасть на железную дорогу. Расстояние от Азова до Ростова в 35 километров мы преодолевали целый день. И казалось, он длился год. Немецкая авиация беспре¬станно бомбила и обстреливала шоссе и особенно мост. Только к вечеру удалось пересечь Дон. К месту назначения добрались в октябре 1941 года. В конце октября немецкие войска прорвались на Кавказ, начались налеты авиации и обстрелы. Авиашкола получила приказ о новой передисло¬кации в Невинномысск. Этот путь снова преодолевали под непрерывной бомбежкой.

Невинномысск встретил непривычной тишиной. Началась учеба курсантов, а для нас – работа. Заодно шла подготовка к празднику 7 ноября – двадцать четвертой годовщине Октябрьской революции. Через несколько дней после праздника начались налеты немецкой авиации. Вскоре «юнкерсы» бомбили, а «мессершмитты» ежедневно обстреливали город. Как-то после артиллерийского обстрела с самолетов был сброшен немецкий десант. В его уничтожении приняла участие и наша авиашкола. В городе творилось что-то невероятное, – настоящий ад. Немец наступал, было много убитых, раненых и военная часть была разбита. Мы оттаскивали раненых и сами спасались, как могли. Я попала в какую-то канаву и думала, что это конец, но меня нашли и вытащили наши. Ночью все мы двинулись к станции. Подошел поезд, мы сели в него, не зная, куда нас везут, утром прибыли в Орджоникидзе (ныне Владикавказ). В местном военкомате нам выдали документы и зачислили в Армавирскую школу пилотов, которая эвакуировалась в Среднюю Азию. Готовые эшелоны уже стояли на станции. Здесь мы расстались с мужем и, как оказалось навсегда. Отсюда с другим эшелоном он уехал на фронт и погиб осенью 1942 года.

А мы с Армавирской школой пилотов двигались на восток до Баку, а далее по Каспийскому морю до Красноводска. Море почти сутки штормило, и я очень тяжело перенесла качку. Далее мы двигались по Туркмении и Узбекистану. Конечной точкой должна была стать Фергана. Но на станции Мары нас развернули обратно, потому что немецкие войска были отброшены с Северного Кавказа. 

С января 1942 года школа пилотов снова в Армавире. Эскадрильи разместились по своим старым местам в станицах Лабинск, Тимашевск, Советск и других. Наша 1-я эскадрилья базировалась в трех километрах от Армавира. 

Весной немцы вновь начали наступление на юг в направлении Сталинграда и Северного Кавказа с целью выйти к Волге и захватить нефтяные районы Кавказа. Вначале по Армавиру наносила удары только авиация, в конце мая – начале июля к городу подошли немецкие войска. Тогда наша школа вошла в состав действующей армии и приняла участие в боевых действиях. Я в числе вольнонаемных работала в школе и помогала военфельдшеру. Под огнем мы вытаскивали с поля боя раненых бойцов, перевязывали их и направляли в медучреждения. 

Вскоре снова пришел приказ об эвакуации авиашколы в Среднюю Азию в Фергану.

Часть самолетов школы перелетели в Баку. Оставшуюся технику снова грузили в железнодорожный эшелон. Армавир и железнодорожная станция горели. Кругом рвались бомбы и снаряды, кругом убитые и раненые. Наш эшелон успел вырваться из-под обстрела, но утром снова мы попали под бомбежку. Все выскакивали из вагонов. Кругом гремели взрывы, и слышались крики о помощи. На бреющем полете «мессершмитты» расстреливали людей в упор. Я убежала в поле и спряталась в воронке от бомбы. В какой-то момент увидела мелькнувшие сверху сапоги и край шинели. Подумала, что это немец и пришел мой конец. Человек спустился в воронку, перебросил меня через плечо и куда-то побежал. Я потеряла сознание. Очнулась, когда меня обливали водой. Услышала русскую речь и поняла, что я у своих. Спас меня летчик 1-й эскадрильи Тихон Басиладзе. Всю жизнь помню его и благодарю за спасение. 

Двигаясь далее, мы уже были только свидетелями страшных последствий войны. У станции Георгиевская наш эшелон вынужденно встал – от станции осталась огромная воронка от бомбы. Кругом тела убитых, стоны раненых, обгоревшая собака визжала от боли. Горело нефтехранилище и все вокруг. Железнодорожные пути преграждало сплошное море огня. Но машинист рискнул проскочить огненную зону, и видимо, нам помог Бог. Переменилось направление ветра, и нам посчастливилось вырваться из пламени. Все плакали от радости…

Выстраданный мир

«Для меня на этом закончился ужас войны, – говорит Елизавета Александровна. – Это было в конце июля 1942 года. Мы ехали на Грозный и Баку, углубляясь в тыл. Немцы в это время прорвались на Кавказ, заняли Армавир, Краснодар, Майкоп, Моздок.

В Баку у пристани стояла баржа с десятью паровозами, и мы погрузились на нее. Благополучно доплыли до Красноводска и по железной дороге добрались до Ферганы. Эскадрильи разместились в Намангане, Андижане, Фергане и других населенных пунктах. Наша эскадрилья дислоцировалась в кишлаке Рустам в семи километрах от Намангана.

Приходилось делать все: от стирки курсантского белья, до уборки хлопка и табака на колхозных полях. Я тяжело заболела. Подхватила и дизентерию, и малярию. От смерти спасла прилетевшая из Ферганы врач. Когда начала выздоравливать, меня перевели в Фергану. Там я работала в отделе вещевой службы авиашколы. Но малярия трепала меня даже еще и по возвращении в Армавир». 

Окончание войны застало Елизавету Александровну в Фергане. Здесь и отпраздновали Победу. Вскоре поступил приказ о возвращении авиашколы в Армавир. Эскадрильи направлялись в свои родные станицы. 

«Вернулись с большой радостью. Я осталась работать в Армавире в штабе авиашколы. Вскоре пришел вызов от моей старшей сестры из Москвы, и в феврале 1946 года я уехала. Сначала работала в управлении дорожно-мостового строительства, а с 1950 года – в Военной академии бронетанковых войск. Здесь я познакомилась со своим вторым мужем, слушателем академии Василием Апекуновым. 

В 1952 году с мужем переехала в Кубинку-1. Василий Кузьмич служил в научно-исследовательском испытательном полигоне, а я работала сначала в строительной части, а потом в научно-исследовательском испытательном институте бронетанковой техники. После выхода на пенсию много лет занималась общественной работой. 

С Василием Кузьмичом мы вырастили двоих сыновей. Оба пошли по стопам отца и стали офицерами». 

Остается добавить, что собрать факты о жизни Елизаветы Александровны помог младший сын четы Апекуновых Владимир Васильевич. 

Расскажите о нас в социальных сетях:
Wordpress Social Share Plugin powered by Ultimatelysocial
Facebook
Instagram
VK