Владимир Лёвкин: «О прошлом не ностальгирую. Живу здесь и сейчас»

У Владимира Лёвкина много регалий. Сегодня он режиссер, музыкант, продюсер и исполнитель. Но многим поклонникам больше известен как солист некогда суперпопулярной группы «На-На».

Беседовала Шорэна ДЖАХАЯ, фото Татьяны МИХАЙЛИНОЙ

Москвича Лёвкина вряд ли просто так встретишь в столице, но вот на улицах Звенигорода это вполне возможно. Одна из таких встреч – артиста и корреспондента «НЕДЕЛИ» – произошла в городском кафе «Здесь был Чехов». Владимир рассказал, почему не ностальгирует о прошлом, о ценности каждой минуты жизни, о творчестве и любимой семье.

– Владимир, когда вы переехали в Звенигород?

– Я не переехал – здесь живут родители моей супруги Маруси. У нас тут своеобразная резиденция – дом-дача. А постоянно живем в Москве. Вся работа в центре, где сосредоточены финансовые, творческие и деловые возможности. Часто бывает, что необходимо буквально через час выйти на сцену, нужно быстро добраться. Из Звенигорода это нереально. Звенигород – это больше про творчество. Здесь я прекрасно высыпаюсь всего за четыре часа. Могу больше времени посвятить семье и домашним делам. Здесь хорошо проводить свободное время. В Звенигороде мне легче пишется.

– Над чем сейчас работаете?

– Пишу песни. Сейчас работаю над «Семейным альбомом». Думаю, в октябре-ноябре он выйдет. Осталось записать несколько песен в студии, которые мы во время самоизоляции отрепетировали. В альбоме будут собраны хиты, которые интересны всем поколениям. Есть детские песни, которые исполняет Ника. Для взрослых поет Маруся. Есть дуэтные композиции, которые я исполняю с Марусей, есть те, которые мы поем втроем. Песни о папе и маме, о семье. Хочется, чтобы на семейном празднике можно было поставить диск и не выключать его.

– Сегодня можно сказать, что у вас вполне профессиональная эстрадная семья. Как это сложилось?

– Я учился у Иоакима Георгиевича Шароева в ГИТИСе, прошел школу Бари Алибасова, и для меня очень важен профессионализм. Не думал, что будем петь всей семьей, пока не увидел, что это профессиональный уровень. Радует, что Маруся сама совершенствовалась в исполнительском мастерстве, что Ника унаследовала творческие гены. Все это воплотилось в идее создания полноценной эстрадной семьи.

– Ребенок в творческом трио — это, наверное, непросто…

– Ника активно развивается. В пять лет она написала первую песню «Звезда». Сегодня участвует в кастингах, снимается в рекламе, пробуется в художественных фильмах. Снималась в сериалах «Интерны» и «Молодежка». Что-то ей нравится, что-то нет. Сегодня она хочет быть актрисой цирка, завтра — блистать на сцене, а послезавтра — работать учительницей. Это нормально в ее возрасте – в этом году она окончила первый класс. В школе она поет в хоре, скоро пойдет в музыкальную школу, она этого сама хочет.

– Многие родители сами принимают решение о будущей профессии детей. Как вы к этому относитесь?

– Абсолютно неправильная позиция. Ребенок должен выбирать сам. Если Ника скажет, что хочет быть артисткой, естественно, я помогу. Буду счастлив, если дочка станет певицей, музыкантом, но выбор останется за ней.

– Ваша супруга режиссер по образованию, когда и почему она решила петь?

– Режиссер – человек, который умеет практически все. Может быть рабочим по сцене, петь, танцевать. Маруся пела с детства. Об этом знает весь Ижевск. Она начинала в детской студии при Дворце пионеров и выступала на городских концертах. Режиссерский факультет она выбрала под моим влиянием.

– Потому что вы сами выбрали профессию режиссера?

– Да. Она решила, что в ее жизни будет Москва. Это серьезный шаг – поехать учиться в другой город и начинать все с начала.

– Даже самые крепкие супружеские пары порой не выдерживает совместной работы. В чем секрет вашего семейного счастья?

– Исключительно в доверии. Нельзя проверять или перепроверять своего партнера, это разочаровывает. Если я в студии – значит в студии. Если на съемках, то на съемках. Так же и у Маруси. Если она сказала что на кастинге, не звоню и не уточняю, где она сейчас. В семье должно царить доверие. Если его нет, браки распадаются.

– Жизнь артистов – это многочасовые концерты и длительные гастроли. Такой график не утомляет вас?

– Для кого-то это сложный процесс, а для нас это просто жизнь и развитие. Любой концерт – режиссерская работа. Иногда уже во время концерта понимаешь, что ту или иную композицию надо исполнить, например, чуть позже или раньше. В каждом регионе свой особенный настрой, и ты переверстываешь концертную программу не потому, что идешь на поводу у публики, а просто адаптируешься к конкретному городу и зрителю. Это очень интересно.

– Насколько я знаю, вы занимаетесь благотворительностью. Кому вы помогаете?

– Здесь не подходит слово «занимаетесь», это часть моей жизни. Говорить об этом не стоит, это всегда трудные и сложные вещи. Скажу только, что работаю исключительно с фондами. С большими организациями, где есть возможность проверить информацию и действительно помочь тому, кто в этом нуждается.

– Интересно, какое у вас было детство?

– Мои детские годы – это Потсдам, Вюнсдорф, Риза. Это Германия, а раньше – ГДР. Там служил отец. Практически все детство провел там. Музыкальная школа, первые откровения, осознание себя на сцене как музыканта. Приходилось даже драться с немецкими ребятами за то, что русский. Потом – Москва. Наверное, детство закончилось, когда мы переехали в столицу. Это был четвертый класс.

– Вы считаете, что детство заканчивается так рано?

– У мальчиков, по идее, так и должно быть.

– Как попали в легендарную группу «На-На»?

– Совершенно случайно, по конкурсу. Увидел, пришел и попал.

– Дружеские отношения с «нанайцами» поддерживаете?

– Иногда мы пересекаемся на концертах. Бывает, созваниваемся, поздравляем с днем рождения. Но так, чтобы приехать в гости, уже и не помню, когда в последний раз это было. Года три назад приезжали к Бари Алибасову, думали вместе отпраздновать день рождения, мы оба родились 6 июня. Не получилось. Но то десятилетие, когда я работал с группой, стало эпохой. Сейчас живу своей жизнью, и в моем творчестве все совершенно по-другому.

– Не скучаете по былой славе?

– Что значит, «скучать по славе»? Это значит – остановиться в своем развитии. Скучать! Еще скажите ностальгировать по тем временам. Мы живем сейчас, в эту секунду. То, что было, стало глыбой, которую не сдвинуть с места. Туда попасть нереально. Это было давно, это не изменить, не переснять и не переписать. Можно только перепеть. Но этим я не занимаюсь. Я могу, например, посмотреть наш концерт с «На-На» в ресторане Hard Rock Cafe в Нью-Йорке, чтобы прояснить для себя какие-то моменты, но не более того. Я пишу новые песни, и у меня их очень много. У меня свое отношение к жизни и музыке, к стране, это важнее того, что было раньше. Я живу сегодня.

– Поклонники сильно переживали, узнав, что вы боретесь с онкологией. Кто вас поддерживал во время болезни?

– Родные. В основном, семья. В 45 лет в очередной раз попал в передрягу с этой болезнью. Тогда Маруся многое на себе тянула. При этом была беременна Никой. Были и другие близкие люди, на которых всегда можно положиться.

– Считается, что в таких обстоятельствах происходит переоценка ценностей…

– Переоценка ценностей – это такая ерунда. Я, прошедший через многое, не верю в переоценку ценностей, в то, что это происходит. Все зависит от воспитания, в каком социуме ты развивался, ходил в школу, учился в институте, служил. Я благодарен своим родителям, что они меня воспитали именно таким, какой я есть. Мне повезло, меня всегда окружали очень хорошие люди, и я за них молюсь.

– Когда вы пришли к вере?

– Вера со мной была всегда. Даже, когда я был пионером. Вера – это то, что нам практически дается с молоком матери. Родители это никогда не афишировали, а бабушки крестили меня тайком, ведь тогда у нас было атеистическое государство. Вера – это то, за что держишься, то, что помогает и движет нами.

– Почему ваша старшая дочь Виктория не поет?

– В новом альбоме она споет обязательно.

– У сестер большая разница в возрасте, это не мешает им дружить?

– Они очень дружны, часто общаются. Загляните в наши странички в Инстаграм и все поймете. Много фотографий и видео с Викой, Никой, еще и кот Марсель появился. Он совсем маленький, делает только первые шаги, но у него уже есть своя страница в соцсети «Тик-Ток».

– Как проводите свободное время? В кафе, дома с книгой, может, спорт?

– Спорт и хобби – это сцена. Написание музыки. У меня насыщенная жизнь. Книги читаю и в интернете много интересного нахожу.

– Предпочитаете классику или современную литературу?

– Не разделяю книги по таким категориям. Есть хорошие писатели, есть большое советское наследие, есть российские произведения, есть современные авторы, которые прекрасно пишут. Есть талантливые журналисты, авторы публицистических и аналитических статей о том, что с нами происходит, что нас волнует.

– Известно, что вы писали стихи, а сейчас работаете над книгой.

– Почему писал? Пишу постоянно, и вдохновить может все, что угодно. Жена утром проснулась и что-то сказала. Ника поцеловала. Все вдохновляет… В 1998 году вышла моя маленькая книга стихов «Параллели», она и сейчас популярна у почитателей моего творчества. А новая книга – это цикл рассказов – коротких, длинных, местами очень коротких – в одну строчку. Она уже практически завершена. Думаю над ее изданием.

– Вы сделали карьеру, построили дом, у вас две прекрасные дочери. Что еще считаете необходимым сделать? Какие намечаете цели?

– Родить и воспитать сына. Что же касается целей, которые некоторые гуру рекомендуют определять и осуществлять, то я считаю, что в нашей жизни цель одна – стать личностью и быть профессионалом в том, чем занимаешься.

– Где вы будете отдыхать этим летом?

– Наверное, как и все, в России. Скорее всего, здесь, в Звенигороде. Близкий мне город.

– Как думаете, какое будущее ждет нас после пандемии?

– Несомненно, оно будет светлым.

Расскажите о нас в социальных сетях:
Wordpress Social Share Plugin powered by Ultimatelysocial
Facebook
Instagram
VK